Жительница Пермского края признана виновной в истязании своего сына 2015 года рождения. Преступления в отношении ребенка совершались на протяжении нескольких лет.

Как следует из материалов дела, «испытывая нетерпимость к непослушанию сына, при отсутствии жалости, проявляя жестокость, пренебрегая общепринятыми устоями общества», мать систематически наносила множественные удары ремнем, рукой, сковородой, шнуром от сотового телефона по телу и конечностям мальчика.

О том, что осуждённая его избивала, в феврале 2025 года ребенок рассказал школьному психологу. После произошедшего мальчик был помещен в центр помощи детям.  Впоследствии в ходе психологического исследования у ребенка были диагностированы признаки, характерные для детей, пострадавших от жестокого обращения.

В судебном заседании подсудимая вину в предъявленном обвинении не признала и, воспользовавшись ст.51 Конституции РФ, давать показания отказалась.

Суд первой инстанции признал ее виновной в истязании заведомо находившегося в беспомощном состоянии, в материальной и иной зависимости от неё несовершеннолетнего сына (п. «г» ст. 117 УК РФ) и назначил ей наказание в виде 4 лет лишения свободы условно с испытательным сроком 3 года 6 месяцев. Кроме того, суд взыскал с матери в пользу сына компенсацию морального вреда.

В апелляционном порядке приговор оставлен без изменения.

В кассационной жалобе осуждённая просила судебные решения отменить, уголовное дело прекратить в связи с отсутствием события преступления.

Седьмой кассационный суд общей юрисдикции указал, что противоправные действия осужденной носили не просто внешне систематический характер, но представляли общую линию поведения в отношении одного и того же находившегося от нее в зависимости малолетнего лица, выступали в качестве специфического способа реализации умысла на причинение физических и психических страданий, что не могло не осознаваться осужденной, учитывая наблюдаемую ею реакцию потерпевшего на систематически применяемое к нему близким и любимым им человеком насилие.

Принимая во внимание установленные судом обстоятельства дела, судебная коллегия пришла к выводу о том, что такое насилие не ограничивалось единичным фактом, как утверждала осужденная, и, достигая степени уголовной наказуемости, не могло быть оправдано воспитательными целями.    

Кассационная жалоба осужденной оставлена без удовлетворения.